Охотники СМЕРШа. Часть 2

Рассказ Охотники СМЕРШаПродолжение рассказа. Начало см. в Часть 1.

Капитан Закарлюка считался одним из лучших сотрудников отдела военной контрразведки 38-й армии. Бывший пограничник, не плохо освоивший немецкий язык во время службы на временной советско-германской границе, образованной в результате пакта Молотова-Рибентропа, влился в СМЕРШ в апреле 43-го, можно сказать, с момента основания этого органа. Почти за пол года службы, на боевом счету Закарлюки числилось около 15 разоблачённых вражеских агентов. Под стать себе сколотил капитан и команду — закалённые боями, отлично владеющие всеми видами оружия, умеющие читать следы бойцы Закарлюки не ведали усталости и рвались в самое пекло.



Даже не догадываясь, какой грозный противник их преследует, Алекс Подольский безостановочно гнал Курта вперёд удобно устроившись на его загривке. Лишь когда река осталась далеко позади, унтерофицер снисходительно позволил подчинённому передохнуть. Обессилевший, едва державшийся на ногах радист тут же повалился на траву. Смерив хмурым взглядом совершенно выбившегося из сил Курта, и понимая, что далее использовать его в качестве лошадки не имеет смысла, Подольский мрачно протянул:
— Нечего разлёживаться, бездельник, готовь передачу!
Во время радиосеанса, сообщив в Центр, что ситуация вышла из-под контроля и план «Б» вступает в действие чуть ранее намеченного срока.
— Ты возвращаешься обратно и этой же ночью пересекаешь линию фронта в установленном ранее квадрате. Ну, а я ещё задержусь в тылу у большевиков.
— А как же подземный блиндаж? Мы же там намеревались отсидеться до темноты, — обескураженно выдохнул радист. Но напоровшись на свирепый взгляд командира, тут же прикусил язык.
— Не смей даже рта раскрывать в моём присутствии, кретин. Моли Бога, что я не пристрелил тебя как собаку около оврага, когда ты чуть не провалил всё дело! — яростно прошипел Алекс, доставая из вещмешка красноармейскую форму.

Согласно разработанному немецкой разведкой плану много ходовой операции, Подольский, после исследования прифронтовой полосы противника, должен был под видом советского офицера, направиться в дальний тыл и сообщить по рации о скрытых резервах большевиков и количестве техники, направляющейся к месту боевых действий. Вольное плавание абверовца не ограничивалось какими-либо сроками. Подольский должен был либо дождаться контрнаступления частей Вермахта и примкнуть к ним, либо, по истечению запаса батареек в передатчике, заблаговременно оповестить Центр о месте и времени перехода линии фронта.



Наблюдая за тем, как радист уверенно работает на ключе, унтерофицер мысленно прокачивал ситуацию: каким именно способом ликвидировать опасного свидетеля. «Попросту пристрелить Курта — довольно рискованный шаг», размышлял Подольский, суетливо облачаясь в советскую форму. «Если «иваны» обнаружат его труп с продырявленной башкой, сразу заподозрят неладное и продолжать носом рыть землю! Остаётся медленно действующий яд — к моменту смерти Курт уже будет чёрт знает где и моя скромная персона останется тайной для большевистской контрразведки.» Эта мысль вызвала у абверовца приступ безудержного веселья. Не спуская острого взгляда со спины радиста, Подольский запустил руку в вещмешок и извлёк оттуда небольшой шип с нанесённым на острие ядовитым веществом. Зажав иглу между пальцами, Алекс вплотную приблизился к подчинённому.
— Рацию оставишь мне, она тебе больше не понадобится. Если по дороге обнаружишь что-то достойное внимания, лично сообщишь об этом в Центр. Ну, удачи тебе, Курт! — расплывшись в злорадной ухмылке, Подольский сильно хлопнул подчинённого по плечу, вонзая в тело отравленный шип. Ойкнув от внезапной боли, радист ощутил, как на какое-то мгновение онемела рука. Не обратив особого внимания на мимолётное жжение в предплечье, которое очень быстро прошло, Курт поковылял прочь. Он даже не догадывался, что смертоносный яд уже медленно распространяется по телу, и минут через 40, от силы, через час, наступит летальный исход. А вот Алекс был прекрасно осведомлён о действии этого вещества. Но ничего, кроме презрения к удаляющемуся в сторону реки, подчинённому он не испытывал. «Нужно будет не забыть сообщить, что этот болван пал смертью храбрых в бою, до последнего сражаясь за великую Германию».

На самом деле, ликвидация радиста не была предусмотрена никакими инструкциями. Но, привыкший не оставлять никаких следов Подольский, решил произвести зачистку, представляющего опасность свидетеля на свой страх и риск. Забросив вещмешок за спину, абверовец устремился вдоль реки к квадрату 77/24. Именно там размещался скрытый под толщей земли армейский наблюдательно-корректировочный пункт, о котором Алекс опрометчиво рассказал радисту. «Хорошо, что Курт не знает его точного месторасположения! Иначе бы пришлось от греха подальше искать другое пристанище, чтобы отсидеться до темноты».

Рассказ основан на реальных событиях.

Алекс Подольский был невероятно скрытным, замкнутым человеком, и даже коллеги из Абвера мало что знали о его прошлом. А прошлое у бывшего поручика Царской армии Александра Подольского, прямо скажем, было бурное. После разгрома деникинской армии, он эмигрировал в Польшу, потом перебрался в Румынию, где и попал в поле зрения Абвера. Во время обучения в разведшколе, Алекс поразил преподавателей логикой мышления, всесторонними знаниями, особенно в области химии. Алекс давно увлекался этой наукой, не плохо разбирался в ядах и отравляющих веществах. Но стать великим шпионом Подольскому было не суждено. И не смотря на незаурядные способности, его отправили на восточный фронт, где остро чувствовалась нехватка сотрудников, владеющих русским языком.

Призывно помахав рукой, привлекая внимание командира, сержант Кивалов, указал на отпечаток ботинка, оставленный кем-то на прибережной полосе.
— Товарищ капитан, след, не больше 2-х часов назад оставленный, вон, вода в выемке ещё не подсохла, — тихо буркнул сержант, опускаясь на колено.
— Так, размер 43-44, ботинок германского образца. Но, судя по оттиску, весит его владелец не меньше центнера с большим лишком! Ишь, как продавлен грунт-то, а?! Внимательно исследовав находку, Закарлюка крепко задумался.
— А ты, что скажешь, Румянцев, по поводу следа эдакого брюхана, — кивнул он подошедшему заму.
— Слабо мне верится, что немцы жирдяя в разведку пошлют. Для такого дела человек выносливый нужон, лёгкий на ногу.
— А вот тут ты в точку попал, старшина, — почесав затылок, усмехнулся капитан.
— Да, встречались мне во время службы на погранзаставе такие хитрованы, что на чужом горбу границу пересекали. Вот чую, сейчас мы столкнулись именно с таким случаем. Значит, и действовать мы будем исходя из того, что лазутчиков двое.

Продолжение читайте: «Охотники СМЕРШа. Часть 3».

Рассказ написан по материалам НТН.

Читайте также: Снайпер. Невидимое оружие.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *